Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи пользователя: Киже (список заголовков)
14:41 

для детей

Киже
2-12-85-06
Этот список называется «для летнего чтения». Мы постарались включить в него интересные книги: приключения, детективы, фантастические и реальные истории, книги про войну, дружбу, животных, смешные и серьезные, про такие важные вещи, как отношения детей и родителей, мальчиков и девочек, любовь и ссоры, непонимание и неизлечимые болезни, невероятные чудеса и милосердие, смерть и вера.
Некоторые из книг читали еще ваши мамы и папы, когда сами учились в школе, некоторые были опубликованы в последние годы. Вот почему список получился таким большим. Прочитать всё за несколько летних месяцев, конечно, нельзя. Поэтому «список для летнего чтения» — это скорее список «надолго»


Списки детского чтения — моя отдельная любовь. Очень помогают не забыть о какой-то книге, которую можно почитать с ребёнком. Или наталкивают на мысль: о, точно, можно же ещё и это попробовать. В моём случае выбор книг осложняется тем, что ребёнком я была очень давно, когда в свободной продаже хорошей детской литературы было не слишком много, в библиотеке — чуть больше, но тоже не умопомрачительное изобилие. И поэтому многие книги, которые стоило бы почитать в начальной школе, попадали в руки, когда мне было лет 10-12. И сейчас сложно ориентироваться по принципу «я это читала тогда-то». В общем, списки — они как маяки. Может, и ещё кому-то полезно будет. Очень жаль, что нет списков для начальной школы. Для нас с сыном они сейчас более актуальны.

Поставила тег #обзор, хотя не слишком подходит; может, завести тег #книжные списки?

@темы: обзор, книжные списки, детская

19:08 

Киже
2-12-85-06
00:33 

Литературные итоги 2016 года

Киже
2-12-85-06
09:08 

Киже
2-12-85-06
01:04 

Киже
2-12-85-06
Итоги года. Год литературы: чем он запомнился. Анкета Colta.ru: писатели, поэты, критики, издатели о 2015-м литературном.

50 книг 2015 года по мнению редакции «НГ-Ex Libris»: художественная и нон-фикшн.

а это — самые продаваемые по версии «Форбс»: художественные
и ещё «Форбс»: нехудожественные.

«Лиterraтура» об итогах года:
ч. 1; ч. 2; ч. 3.

От «Российской газеты»: о литературных событиях и лучших книгах

Лучшие книги года по версии «Медузы»: художественные и нон-фикшн

Главные книги года по версии Газеты.ру: и художественные, и не-

«Культурные» итоги года по версии «Ведомостей»: о литературе не весь текст

Лучшие романы года советует литкритик Лиза Биргер: коротко, по существу

15 главных книг года от сайта Furfur: признаться, сайт незнакомый, и кто писал обзор, так и не поняла

Книги года от редакции Елены Шубиной: худлит, мемуары, эссе

Что книжного прекрасного ждать в 2016-м: выбор «Фонтанки» и издатели рассказывают в «РГ»

а это просто так — из любви к спискам :)

@темы: современная литература, статья

17:10 

Литературные итоги — 2014

Киже
2-12-85-06
00:44 

Захар Прилепин, «Обитель»

Киже
2-12-85-06
Об «Обители» не написал уже, кажется, только ленивый. И в подавляющем большинстве отзывов — восторги-восторги, «трудное чтение», «книга, которую невозможно не прочитать»... Вот соглашусь отчасти. Книга трудная: при моём шрифте/кегле в читалке было почти 1700 страниц. Посмотрела, сколько в бумаге: 700 с копейками. С предисловием, эпилогом и послесловием. Место действия — лагерь на Соловках, время — середина-конец двадцатых прошлого века. Казалось бы, при таких вводных роман не может не быть хотя бы отчасти романом воспитания. А по факту — чистая авантюра. Главный герой — 27-летний Артём Горяинов, в меру образованный, в меру культурный, сидит за убийство отца. Тут могло бы быть много достоевщины (в хорошем смысле этого слова). Но сложилось ощущение (подкреплённое более ранними произведениями автора), что ЗП никак не может прояснить для себя проблему отцовства. Будто запутался, и из повести в роман, из романа в рассказ и обратно в роман пытается распутать этот давний, затянутый накрепко семейный узел, свой собственный, и будто свои сыновья ничуть этому не помогают, с их взрослением вопрос всё усложняется. И тоскливо от этого. Листаешь станицы и думаешь: было, это уже было, и это, и это тоже... А автор всё объясняет и объясняет, разжёвывает тебе, как старушке беззубой, и разжёвывает, и вроде уже понятно, что хотел сказать, а у него слов ещё — вагон и вагонетка. В общем, я понимаю тех, кто оставил чтение, не добравшись до конца. Хотя конец романа — восхитителен. И это поразительно, потому что, на мой взгляд, большинство современных русских прозаиков финал обычно сливают. Даже если всё прекрасно, то в конце даже не пшик, а вялое пффф чаще всего. А вот у Прилепина — как током. Но даже из-за блистательного финала вряд ли духу хватит сказать кому-то: почитай, роман, конечно, не фейерверк, зато конец — во!
Слишком много приключений на одного уголовника, сведущего в поэзии. И слишком эти приключения проходят по касательной, оставляя только практический опыт какой-то, но ничего не меняя по сути. И фактура... Ну, о Соловках с середины 80-х много писали, поэтому — без откровений. Но впечатление от всех тщательно прописанных деталей — как от современного русского сериала о Великой Отечественной: показывают, скажем, передовую, а там ровненько вырытые окопы, стройные берёзы колышут пышными кронами, солдаты в выглаженных гимнастёрках играючи переносят блестящие снаряды... То есть вроде правда: и окопы были, и берёзки, и солдаты, и снаряды, а по сути — осадок остался.
В общем, для меня «Обитель» оказалась романом слишком длинным, слишком многословным, слишком сумбурным и одновременно слишком правильным, слишком серьёзным. Не хватило мне там добродушия и хоть какой-то иронии, хоть немного. Рада, что благодаря отпуску прочла его достаточно быстро. В рабочих буднях это растянулось бы, боюсь, месяца на три и повергало бы систематически в кромешное уныние.

@темы: роман, современная литература, русская литература

21:51 

Автор-составитель Людмила Улицкая. «Детство 45-53. А завтра будет счастье»

Киже
2-12-85-06
Сборник вышел в редакции Елены Шубиной. Вообще, это знак качества: сразу можно покупать книгу этой редакции, даже если слышите об авторе в первый раз. Правда, трудно представить, что кто-то не слышал об Улицкой. Даже если не читал. В сборнике «Детство 45-53...» она выступила как составитель, а также написала предисловие, вступительную часть к каждой главе и два небольших очерка в двух главах. Остальной текст — воспоминания тех, чьё детство пришлось на годы от окончания Великой Отечественной войны и до смерти Сталина. В каждой из глав собрано по несколько текстов-воспоминаний, главы разбиты по темам: что ели, что пили, во что одевались, как встречали весть о победе, чего боялись, как учились, во что играли...
Удивительные воспоминания, такие яркие, с такими подробностями, казалось бы, незначительными, которые может оставить только детство. При том что оно у всех было разное — у кого-то относительно благополучное, несмотря на послевоенные трудности, у кого-то нищее в крайней степени, — поражает единодушие: завтра будет счастье. И утешение во всех горестях: зато нет войны. И мечты: всё пройдёт, жизнь наладится, лишь бы не было войны. Читаешь — и кажется, слышишь неспешный рассказ то одного старика, то другого. Я не представляю, точнее, слишком хорошо представляю, какой это титанический труд: привести в божеский вид письмо человека, в котором он делится воспоминаниями — мысли, как правило, скачут с одного на другое, автор пытается обо всём написать, ничего не забыть, он не человек пишущий, не выстраивает композицию, не особо подбирает слова — просто хочет рассказать то, что ещё осталось в памяти, чтобы не ушло, не кануло. И сделать из этого чтение, от которого невозможно оторваться, чтение, захватывающее абсолютно, когда отодвигаешь все дела и забываешь про сон, и при этом сохранить индивидуальную интонацию каждого, кто воспоминаниями делится, уйти от унификации, услышать людей... Это фантастическая работа. Просто фантастическая. И фотографии того времени — очень трогательные, и их много в книге, рассматривать их — невыразимое удовольствие. Я поэтому и бумажную покупала, тем более что книги Улицкой всё равно перечитываю не по одному разу.
Мене кажется, невозможно понять историю страны, народа без таких воспоминаний. Хорошо, что такие книги издают. Их обязательно нужно читать, и самим, и с детьми. Особенно с детьми.

@темы: мемуары, современная литература

01:16 

Пин Ятай. «Выживи, сынок»

Киже
2-12-85-06
Есть такие фильмы, которые нужно, просто необходимо смотреть в течение жизни, чтобы не забывать историю. И начинать нужно с детства, для более качественной прививки. Я, как всегда, об «Обыкновенном фашизме», конечно, в первую очередь подумала. И книги тоже есть такие. Которые необходимо читать подросткам, с подростками, да и взрослым не мешало бы время от времени освежать в памяти. И воспоминания Пина Ятая — из таких книг.
В 1975 году, когда в Камбодже к власти пришли красные кхмеры, автору было тридцать с хвостиком, он был женат и имел трёх детей, работал инженером. В апреле 1975-го вся семья Пина Ятая (не только жена и дети, но и родители, братья с семьями... в общем восемнадцать человек) была изгнана из Пномпеня и задействована в качестве бесплатной рабочей силы в сельском хозяйстве. Это же случилось и с большинством жителей столицы (почти два миллиона человек). Семья старалась держаться вместе, когда людей перебрасывали с одного поля на другое. Голод, адский труд и болезни за два года выкосили почти всех. На момент, когда Ятай решился бежать (его обвинили в буржуазности, грозила смертная казнь) через горы в Таиланд, в живых оставались его жена и один сын, шестилетний Нават. Ребёнка пришлось оставить у знакомой: перебраться с ним через горы шансов не было. В пути Ятай потерял жену, но сам чудом дошёл до Таиланда.
Отец Ятая, будучи смертельно больным, завещал своему сыну "не умирать". Уходя в горы, Ятай сказал Навату: "Выживи, сынок". Больше никогда Ятай сына не видел и о его судьбе не смог узнать ничего.
Как так случилось, что кучка марксистов-ленинистов за три года девять месяцев фактически уничтожила страну с невозможной жестокостью? Красные кхмеры не имели опыта управления. Кроме грандиозных планов построения коммунизма за две недели, у них не было ничего. Но чуть больше чем за один день они отменили деньги и частную собственность, закрыли все государственные учреждения, в том числе школы, объявили религию вне закона и лишили буддийских монахов духовного сана, разлучили тысячи семей и опустошили камбоджийские города. Пол Пот поставил задачу в несколько раз увеличить объёмы сельскохозяйственного производства, думая, что крестьяне в едином революционном порыве станут работать лучше. Но в результате на полях работали "враги государства" — такие, как Пин Ятай и его семья, отказавшиеся присоединиться к революции, образованные буржуа.
Люди умирали от голода и болезней, их казнили. Не обошлось и без партийных чисток. Одна пятая населения страны была уничтожена. "День за днём мы наблюдали собственное уничтожение", — пишет Ятай. Он очень внимательный и проницательный наблюдатель. И чувства этого человека, с которыми он вспоминает, как такое огромное количество умных, начитанных, образованных людей покорилось горстке идейной неграмотной молодёжи, можно описать одним словом — ошеломление. Когда читаешь, ловишь себя на мысли: как? откуда такая пассивность, покорность судьбе, надежда, что как нибудь обойдётся? Тысячи людей выгоняют из дома, из города, ссылают в дальние деревни, заставляют работать от зари до зари, убивают родных, а те, что ещё живы, пухнут от голода — а они приговаривают: "Потерпи, обойдётся". На что они надеялись?
Такие книги необходимо читать, чтобы знать: не обойдётся, не рассосётся само, компромиссы невозможны. Что бы ни казалось и какой бы век на дворе не был.

@темы: мемуары

21:22 

В. Бердинских. «Речи немых»

Киже
2-12-85-06
Подзаголовок: «Повседневная жизнь русского крестьянства в XX веке». Книгу выпустило издательство «ЛомоносовЪ» в серии «История/География/Этнография».
История русского крестьянства интересует меня уже достаточно давно. Уж не знаю, чем это можно объяснить — корнями ли (два поколения по маминой линии), деревенскими ли каникулами или теперешним местом работы. В основном то, что попадалось, было работами учёных мужей, как правило, кабинетных теоретиков, историков и этнографов. Их рассуждения, их мысли, их, в конце концов, голос. Взгляд со стороны, иногда с плохо скрываемым снисхождением. Которое всегда вызывало недоумение и некоторое раздражение: я же помню деревенских старух, их рассказы, истории. Они, в основном не закончившие не то что школы, а вообще не учившиеся грамоте, были мудры, ироничны и... невероятно осторожны в разговоре. С осторожностью этой я столкнулась и во время диалектологической практики, когда говорливые и охотно вспоминающие прошлое старушки замолкали, стоило попросить разрешения включить диктофон. Ещё бы, жизнь, какую они прожили, ещё и не такому научит...
Книга представляет собой записи интервью крестьян, рождённых в конце XIX — первой четверти XX века. Собирали рассказы автор книги и его студенты в 1980-1990-е годы. Особенно ценно, что беседы были записаны в том числе и внуками, и высокий уровень доверительности делает многие истории невероятно пронзительными, рождается удивительное чувство сопричастности.
Вообще, заявленные в подзаголовке временные рамки (XX век) в действительности несколько уже: воспоминаний о дореволюционной жизни, гражданской войне и нэпе совсем немного, а история крестьянского житья-бытья после войны обрывается примерно на начале пятидесятых годов. Во многих рассказах есть упоминание о трудоднях, "работе за палочки", но без особенных подробностей. Основная часть воспоминаний — о коллективизации, становлении колхозов, семейном укладе и годах Великой Отечественной.
Интересно читать было — не то слово. При том что факты известные, и многое слышала сама и от родной бабушки, и от деревенских наших бабусек. Но, наверное, тем и увлекательней, когда картина становится объёмней, полней, добавляются детали и подробности. Что поразило больше всего: при невероятно трудной жизни, в которую вместились революции, войны, голод, ссылки, потери самых родных людей, смерть детей, люди сохранили доброту, сострадание, незлобивость. И веру: кто — в бога, кто — в правильность жизнеустройства, кто — в то, что и через сорок лет можно отыскать пропавшего на войне сына или могилу погибшего в ссылке мужа.
При всей горечи и порой жёсткости рассказов совсем нет жалобных интонаций, плачей и стенаний. И чувствуется невероятное достоинство каждого человека, каждого рассказчика.

Книга есть на Флибусте: www.flibusta.net/a/105356.

@темы: история, научно-популярная литература

20:56 

Елена Катишонок. «Жили-были старик со старухой»

Киже
2-12-85-06
Роман Катишонок — это семейная история, которая начинается перед революцией и останавливается (останавливается — потому что уже написано продолжение) в 1950-е. Рассказ идёт о семье староверов Ивановых, которые в беспокойное время перебираются из Ростова-на-Дону в Ригу, переживают присоединение к СССР, национализацию, войну, оккупацию — это большая история. И предательства, любовь, верность, потери, расставания — это история обывательская. Спокойное повествование, без особо ярких событий, с частым возвращением в прошлое, с воспоминаниями о совсем давних временах. Очень душевно, с одной стороны.
А с другой — несколько ложек дёгтя, которые этот чудесный роман и подпортили. Во-первых, никогда в Ростове рынок не назывался майданом... То ли автор, как многие северяне, считает Ростов Украиной, то ли есть какая-то другая причина, но это небрежность авторская, я считаю.
Потом, не соответствует исторической действительности всё, что касается старообрядцев: в XIX веке у ростовских старообрядцев и белокриницкого согласия, и отделившихся от них были не моленные дома, а церкви, потом построили собор. Церковь была с 1813 года.
Далее, не было массового заселения в Ростове казаков, это купеческий город, и община старообрядческая поддерживалась не казаками, а купцами. Казаки-старообрядцы жили по станицам.
В общем, неаккуратно как-то... И вообще эта история с царёвой службой отца главного героя (вряд ли бы его туда взяли как старовера), и то, что женился старовер на цыганке, тут же в полку обвенчался, да и полковой священник-старообрядец — это, безусловно, нонсенс для второй половины XIX века.
Я считаю, что из этих мелочей соткан весь фон, и если автор лукавит, или не точен, или не считает это главным, то и доверие моё как читателя теряется и к тому основному, ради чего роман затевался...
И вот, собственно, у меня такой вопрос: а для вас точность фактических деталей (достоверность топографии, хронологии и подобное) в художественном произведении важна? Или я слишком много хочу от автора?

@темы: современная литература, русская литература, роман, обсуждение

Беседы

главная